Лодка однодеревка

Однодревка, струг или челн

СТРУГ, ОДНОДРЁВКА, ОСИНОВКА, СТРУЖОК, ЧЁЛН — лодка для плавания по малым рекам и небольшим озерам. Представлял собой неглубокую лодку с заостренным носом и кормой грузоподъемностью около 200 кг, длиной около 3 м, рассчитанную на двух человек или одного человека с грузом. Лодка могла иметь банку, т. е. скамью, или быть без сиденья. Управляли ее движением с помощью одного весла с кормы или двумя веслами, которые вставляли в уключины, расположенные по центру лодки.

Внешний облик струга варьировался в рамках своего основного типа. Так, например, иногда его делали с очень сильно суженными и вытянутыми носом и кормой, а иногда они были более широкими и не так круто поднятыми. Струг изготавливали из ствола осины диаметром 75—80 см, длиной около 3 м. Для него выбирали здоровое, ровное дерево, срубленное зимой. Еще свежее дерево обтесывали с двух концов таким образом, чтобы наметились контуры будущей кормы и носа. Затем его выдалбливали изнутри топором и теслом.

Позднее, обычно ближе к весне, приступали к изготовлению струга: придавали окончательную форму носу и корме, выстругивая их рубанком, и начинали обработку внутренней части. Эта работа называлась у мастеров «открытие лодки» и проводилась в теплую безветренную погоду. Она заключалась в осторожном выскабливании слегка нагретой древесины с помощью долота. Этот процесс продолжался до тех пор, пока не появлялись шляпки от колышков из ольхи или ели, предварительно вбитых в заготовку лодки с внешней стороны. Колышки выделялись по цвету, и это позволяло выдерживать одинаковую толщину корпуса лодки.

Для крепления упругов (шпангоутов) на дне и по бокам с внутренней стороны лодки оставляли клампы (выступы высотой до 10 см) с просверленными в них отверстиями. Затем лодку подвешивали на веревках или устанавливали на козлах над костром, который старались разжечь по всей длине лодки. Распаривание лодки проводили или с помощью налитой в нее горячей воды, или с помощью сырой коры, брошенной на горячие угли костра и дававшей сильный пар. Корпус лодки для равномерного прогревания и увлажнения обычно вращали или покачивали над огнем.

Внутрь лодки вставляли еловые или рябиновые распорки, которые менялись на более длинные в процессе разведения бортов. Когда мастер решал, что борта лодки разведены на нужную ширину, в нее вставляли шпангоуты. Они опирались на клампы и закреплялись на них с помощью берестяных лент. Струги были с давних времен распространены по всей территории России, особенно в лесных районах Русского Севера и Сибири. Они имелись там почти в каждом хозяйстве, наряду с лодками из досок. Это объясняется тем, что струги были удобным транспортным средством.

Благодаря малой осадке и небольшому весу их легко можно было переносить между реками, доставлять в непроточные озера. Лишь в конце XIX в. они стали исчезать из русского быта в связи с вырубкой крупных деревьев, необходимых для их изготовления. Термин «струг» применительно к водному средству передвижения был известен еще в Древней Руси и происходил от слова «строгать». Однако в древности под словом «струг» подразумевалось вообще любое судно, независимо от его размеров, назначения и способа управления. Часто этот термин использовался, когда речь шла о большом судне для речных и морских перевозок.

В письменных источниках XV—XVI вв. встречаются упоминания о стругах «кладных» (с кладью), «досчатых», «полубленных», т. е. с палубами. Длина такого судна могла быть от 7 до 18 м. В старинной песне о нем говорится: Вниз по Волге-реке, с Нижня Новгорода, Снаряжен стружок, как стрела, летит. А на том на стружке, на снаряженном, Удалых гребцов сорок два сидит.

Читать еще:  Лодка казанка 5м2

Лодка однодеревка

Для изготовления таких судов использовались стволы деревьев. длиной до 20 м, шириной в разводе до 3 м. Дощатые набои еще более увеличивали их размеры. Крепление обшивки и соединение частей корпуса производилось корнями деревьев, ветвями, ивняком, дубовыми или иных древесных пород гвоздями, кожаными ремнями, а позднее металлическими гвоздями, скобами и пробоями. Суда имели на носу и корме большие весла — потеси для управления, с помощью которых могли маневрировать на воде. Лодку внутри выжигали, а форму ей придавали грубым инструментом.

По бортам — небольшие отверстия, которые могли служить как для крепления на растяжках небольшой мачты, так и для привязывания вёсел. Это самый большой челн из тех, что известны сегодняшней науке. Эти простейшие лодки, первые управляемые человеком суда древнейших эпох. Они пришли на смену плотам, которые несло по воле волн и ветров. Изобретение челна-однодерёвки — такая же революция в хозяйственной деятельности древнего человека, как и открытие бронзы или умение обжигать глину. Именно такие примитивные суденышки открыли людям морские дороги.

Подобные челны строились и эксплуатировались уже 12 тысяч лет тому назад. Создавали их и в Черноморском регионе. От Бендер до Днестровского лимана, впадающего в Черное море, всего 80 км. Отсутствие специальных знаний, а с ними и пил, сверл, крепких топоров, не давало возможности создавать быстроходные лёгкие лодки, но грубо тесаные однодерёвки получались у древних хоть и неказистыми, но прочными и устойчивыми. Строили их так: в стволе большого дерева сначала выжигали середину, затем внутреннюю поверхность обрабатывали топором. Толщина борта уменьшалась до 8-10 сантиметров.

Выдолбленный чёлн заполняли водой, в которую опускали раскаленные на кострах камни. Происходил процесс распаривания древесины; потом ее раздвигали поперечными распорками и клиньями. Метровый в диаметре ствол хвойного дерева при такой обработке можно было растянуть до 1,5 метров. Высота такого челна составляла 0,6-0,7 метра; длина, возможно, достигала 10-12 метров. После изготовления остова судна его основные борта наращивали досками. Эти грубые доски изготовляли без применения пил, раскалывая стволы клиньями и обрабатывая топорами.

Суда-однодерёвки с наращенными бортами имели простое парусное вооружение. Античный историк Страбон писал: «Некоторые черноморские народности живут морским разбоем, для чего у них есть небольшие, узкие и легкие лодки вместимостью приблизительно до 25 человек; у греков они называются «камарами» — крытыми судами…» Снаряжая флотилии таких «камар» и нападая то на купеческие корабли, то даже на какую-нибудь страну или город, прибрежные племена господствовали на море. Иногда им помогали даже жители Боспора, предоставляя свои корабельные стоянки, рынок для сбыта добычи.» Подобные плавсредства были, по утверждению Тацита, и у крымских тавров.

Пользуясь ими, тавры совершали нападения на проплывавшие или терпевшие бедствие в море лодки или корабли. Эти суда строились без единого железного или медного гвоздя и имели следующую особенность: верхние части их бортов располагались близко друг к другу, а корпус расширялся. Во время штормовой погоды борта наращивались досками, образуя крышу, защищавшую судно от захлестывания волнами. Острые, загнутые внутрь нос и корма способствовали тому, что судно могло при необходимости пристать к берегу любым концом.

Читать еще:  Как правильно заклеить пвх лодку

История Черноморских однодерёвок не заканчивается «камарами». Через полторы тысячи лет подобные «камарам» суда-однодерёвки с наращиваемыми бортами строили черноморские казаки. Своими лодками они наводили ужас на турецкий флот. Д’Асколи пишет: «в 1624 г. 300 с лишним челнов вышли в море и сразились с целым флотом падишаха». Однако, с тех пор до тридцати и более челнов казаки спускали ежегодно на воду и в битвах причиняли столь жестокий вред, что берега всего Черного моря стали совсем необитаемыми, за исключением некоторых местностей, защищенных хорошими крепостями».

Д’Асколи также отмечал, что суда эти вмещают до 50 человек, ходят на веслах и под парусами. Гийом Боплан писал: «Казацкие челны — грубой работы, ручной техники: прямой парус почти никогда не поднимают, идут под 20-30 веслами, вместо руля — весла на носу и на корме. В основе корпуса — дуплянка (однодерёвка — прим.авт.) без киля. Челн не способен под парусом идти близко к ветру, держится на волне только благодаря камышу.

На таких судах в море могли выходить только отчаянные люди, и то в летние месяцы». Технология строительства лодок на базе одного ствола дерева просуществовала более четырех тысяч лет! Кикладские и критские суда, корабли «народов моря», черноморские «камары», казацкие «чайки» — вот неполный перечень однодерёвок, бороздивших черноморские просторы.

Лодка однодеревка

Фото автора, сделано три дня назад.

Моноксилы, однодеревки, на которых, если верить Константину Багрянородному, русы сплавлялись по Днепру и ходили в Константинополь, до недавнего времени казались неясным типом судна. При слове «лодка-однодеревка» представлялась примитивная долбленка, лодка, у которой кокпит просто выдолблен в цельном бревне, лодка же сама сохраняет в общем размеры и форму этого бревна. Такие архаичные проекты лодок, исключительно прочные и принципиально непотопляемые, известны во всех частях света, реликтовые долбленки еще можно, если повезет, увидеть иногда на реках России (я видел). Но такие лодки слишком малы, чтобы перевозить группы людей и грузы, тем более на дальние дистанции. Спортсмены-любители, конечно, могут дойти на долбленках от Киева до Стамбула, если захотят, но не смогут перевезти на них ни товары, ни дружины. Константин Багрянородный, когда писал про моноксилы, явно имел в виду что-то другое.

В последнее время в интернете появляются статьи, в которых делаются более-менее обоснованные предположения, что настоящие старинные мореходные и грузоподъемные моноксилы делались тоже из одного бревна, но не по технологии выдалбливания, а по технологии развертывания и выстругивания изнутри этого бревна. Отчего они были известны на Руси под названием «струги». Главными достоинством этого типа судна считается его легкость, изготовление корпуса (или хотя бы основы корпуса) в виде единой монолитной детали давало возможность не использовать лишний крепеж и лишний набор. Легкий вес и ровное, без килевой балки, днище делали такое судно наиболее пригодным для перетаскивания через волоки и для проводки через пороги, что было совершенно необходимо при внутрироссийских водных сообщениях. В то же время такие лодки были достаточно универсальны, это были суда класса «река-море», они были пригодны и для морских переходов.

Совершенно внезапно я обнаружил самый настоящий струг-моноксил там, где меньше всего ожидалось его встретить — в петербургском Этнографическом музее. Он там работает экспонатом в зале русских ремесел, среди прялок, наковален, наличников и прочих подобных памятников мастерства допромышленной эры.

Теоретические предположения о технологии изготовления моноксила великолепно подтверждаются. Эта лодка явно сделана из одного бревна путем разворачивания и выстругивания, таким методом был сформирована единый монолитный деревянный корпус толщиной в пару сантиметров, в виде эстетически гармоничной сложной трехмерной поверхности, максимально разваленной в районе миделя до плоской параболы, а в оконечностях формирующей почти прямые штевни. Конструкцию укрепляют четыре шпангоута и один флор, выполняющий также функцию опоры банки (или наоборот), продольный набор отсутствует.

Представленная в музее лодочка имеет скромные размеры и вообще ничтожную высоту борта, значит, она использовалась на очень спокойном водоеме и в тихую погоду. Но вполне несложно представить возможное развитие лодки. Если установить более длинные шпангоуты, выступающие в ширину и в высоту за существующую монолитную основу корпуса, то на эти шпангоуты несложно набить две-три доски, поднять высоту бортов на полметра, и тогда получится вполне приличная речная лодка. Получится набойная лодья.

Русская правда оценивала суда так: «морьскую лодью 3 гривны, а за набоиную лодью 2 гривны, за челнъ 20 кунъ, а за стругъ гривна». В примечаниях поясняется: «Набойная лодья — лодка с набоями, как назывались доски, прибивавшиеся для возвышения бортов мелких судов (Срезневский. «Материалы», II, стб.266). Струг — судно, меньшее по размерам, чем набойная лодка. Струг с набоями стоил дороже, чем обыкновенный. По документу 1402 г. – «с струга с набои 2 алтына (12 денег), а без набои деньга» (Духовные и договорные грамоты великих и удельных князей XIV–XVI вв. М.–Л., 1950, стр.55)».

Толкование «струг — судно, меньшее по размерам, чем набойная лодка» здесь, конечно, нелепо. Струг по сути объяснений — это лодка без досок на бортах, то есть лодка вообще не из досок. Даль дает некоторые синонимы: «Набой на лодке, насады, набивные борты, пашвы, наделки, доски, коими подняты борты долбушки, лодки. Лодья без набоев (бортов), ботня безо дна».

Некоторые наивные кабинетные историки описывают струги с набоями и моноксилы Константина Багрянородного как долбленки с надставленными бортами, имея в виду те долбленки, которые представляют собой выдолбленные бревна. Я не могу вообразить, какая должна была бы получиться каракатица в результате такого технического решения.

Вот он, настоящий, не придуманный, реальный струг, струг без набоев, моноклсил без надставленных бортов, на фотографии в начале поста.

Музейный струг имеет ширину около метра, значит, изготовили его из дерева диаметром сантиметров 30-40. Если взять в качестве заготовки бревно потолще и подлиннее, то по той же технологии при наличии практических знаний и умений можно сделать основу лодки (днищевый и скуловые поясья) длиной метров 10 и шириной метра два-три, при набое соответствующих бортов в метр-полтора выйдет большой набойный струг, подобный тому, в котором изображен Степан Разин на картине Сурикова, вполне мореходная ладья, способная, при наличии опытного экипажа, и до Константинополя дойти, и десантный отряд доставить, и хабар домой отвезти.

Стругов, даже реликтовых, на наших реках не осталось (я не видел). Очень хорошо, что всего лет пятьдесят или сто назад они еще служили людям и одному из них повезло попасть в музей. Здесь он будет жить еще долго, и демонстрировать существовавшую тысячелетия и забытую ныне технологию традиционного русского судостроения.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector