Что является двигателем экономической деятельности

Кластеры

На одном из ближайших заседаний Совета по инвестициям планируется вынести концепцию создания креативного кластера в Петербурге. В развитых европейских столицах в креативных индустриях занято более 10% населения — в современном обществе такие кластеры могут быть стимулом для развития экономики.

Креативные индустрии — виды экономической деятельности, в основе которых лежит создание интеллектуальной собственности, создание продуктов или услуг, которые воспринимаются потребителем как новые. Креативные индустрии — это синергия творчества и предпринимательства.

Креативные пространства — это места, объединяющие различные направления экономической активности, в первую очередь творческие: выставки, перформансы, постановки, концерты и прочее. Также в такие образования могут входить магазины, предприятия общественного питания, офисные помещения, постоянные экспозиции, общественные пространства. Являясь местом концентрации творческих людей, такие пространства нередко становятся отправной точкой для развития разного рода проектов, новых экономических активностей — все это играет важную роль как в культурной жизни города, так и в развитии его экономики. «Как показывает опыт развития креативных кластеров в Санкт-Петербурге, при правильном управлении такие проекты могут быть вполне экономически успешными. Одна из особенностей таких проектов — они могут начинаться с небольшого масштаба, не требовательны к уровню отделки и инженерному оснащению. Для таких объектов возможно и даже целесообразно постоянное изменение — вовлечение новых помещений в кластер, смена оформления, привлечение новых операторов», — говорит Игорь Кокорев, руководитель отдела стратегического консалтинга Knight Frank St. Petersburg.

В комитете по экономической политике и стратегическому планированию полагают, что Санкт-Петербург обладает всеми необходимыми предпосылками для развития креативных индустрий и формирования креативных кластеров. В городе есть сформированное целевое сообщество, которое постоянно расширяется, а также присутствуют площадки, которые в короткие сроки могут быть приспособлены под нужды креативных индустрий. Кроме того, Санкт-Петербург, являясь крупнейшим образовательным центром, обладает широкими возможностями подготовки высококлассных специалистов в области креативных индустрий. В городе насчитывается свыше 30 высших учебных заведений, осуществляющих подготовку специалистов по творческим специальностям. В них обучается почти 70 тыс. студентов. В то же время в городе ощущается нехватка инфраструктуры, позволяющей данным специалистам реализовывать их идеи.

Александр Шарапов, президент Becar Asset Management Group, говорит: «Сегодня в Санкт-Петербурге работает более 2 тыс. дизайнеров, функционирует 450 предприятий легкой промышленности, оборот от продажи одежды составляет 50 млрд рублей».

В начале октября в рамках конкурса лучших проектов регионов председатели комитета по инвестициям Ирина Бабюк и комитета по предпринимательству и потребительскому рынку Эльгиз Качаев презентовали проект «Санкт-Петербург — центр моды и легкой промышленности». Реализация проекта планируется с целью популяризации модной индустрии города, стимулирования развития малого бизнеса в отрасли, формирования кадрового потенциала легкой промышленности, а также создания единой площадки для петербургских и российских дизайнеров и производителей для реализации продукции собственного производства. Все эти мероприятия лягут в основу «дорожной карты», которая будет регулироваться правительством города.

За счет создания подобных проектов будет развиваться креативная экономика города. Перед городом в настоящее время стоит задача по развитию креативных индустрий. С этой целью комитет по инвестициям Санкт-Петербурга разрабатывает концепцию развития таких пространств в городе.

Как говорят в комитете, новые бизнес-проекты и стартапы дают новый стимул экономическому развитию города. Так, в Хельсинки в креативном кластере занято 12,5% всех компаний финской столицы, а общий оборот отрасти составляет более €10 млрд. Согласно статистике, около 30% трудоспособного населения динамично развивающихся городов заняты в творческих профессиях.

Сейчас комитет по инвестициям разрабатывает концепцию развития креативного кластера. Данный документ планируется представить на ближайшем заседании Совета по инвестициям.

По данным чиновников, совокупный оборот креативных индустрий в Петербурге составляет более 80 млрд рублей. Ирина Бабюк, в частности, отмечает: «Реализация мероприятий по поддержке креативных индустрий позволит к 2030 году увеличить вклад креативных индустрий в формирование ВРП Санкт-Петербурга с 7 до 12%». По ее словам, количество творческих кластеров и арт-пространств только в бывшем промышленном поясе города за пять лет увеличилось как минимум в семь раз, а их площадь сейчас превышает 100 тыс. кв. м. «Креативная индустрия формируется в Петербурге на наших глазах. И городские площадки — реконструированный «Манеж», Центр Сергея Курехина, проект Новой Голландии и Artplay — составят лишь ее малую часть», — рассуждает госпожа Бабюк.

В комитете по экономической политике и стратегическому планированию долю креативных индустрий в ВРП города оценивают более скромно. Председатель комитета Елена Ульянова отмечает: «Говоря о практической пользе креативных кластеров, можно вспомнить данные, которые в начале этого года приводил бывший министр финансов Алексей Кудрин, выступая в Петербурге: доля креативной индустрии во внутреннем региональном продукте Петербурга — 1%, в Европе — 5-8%. Правительство города понимает, что креативные индустрии могут быть экономически эффективны, более того — их развитие отвечает стратегическим целям города. Ведь креативная индустрия является инструментом преобразования депрессивных территорий, повышает качество городской среды».

Илья Шуравин, управляющий партнер Rusland SP, подсчитал, что креативных пространств в Петербурге на данный момент более пятнадцати. «Избыток бывших производственных площадей невозможно весь сдать под офисы, а кроме того, в хороших проходных местах креативные пространства умудряются иметь хороший приток людей», — говорит господин Шуравин.

Инвестиции оператора в отделку креативного пространства редко когда оказываются выше 10-12 тыс. рублей за квадратный метр, а собственникам зачастую выгодно сдавать помещение без ремонта и получать от арендатора не только деньги, но и помещение в отремонтированном состоянии.

В городе ежегодно появляется несколько проектов, но успешными становятся единицы. Наиболее известным примером такого кластера является лофт-проект «Этажи», где за годы работы существенно вырос объем проекта, появились новые пространства, регулярно проводятся мероприятия, расширяющие как количество участников кластера, так и привлекающие новых посетителей. Что примечательно, ставки на освободившиеся площади в «Этажах» сейчас могут достигать уровня ставок в бизнес-центрах класса А.

«Интересным примером комплексного развития промышленной территории с сохранением и приспособлением исторических объектов для современного многофункционального использования со значимой общественно-культурной составляющей может служить комплекс Finlayson в Тампере. Известное производство, занимавшее квартал в центре города, освободило историческую производственную площадку, после чего на территории разместился комплекс, включающий в себя музеи и выставочные залы, художественные галереи, торговые помещения, рестораны и офисы. Комплекс стал одним из главных туристических мест Тампере и центром общественного притяжения для горожан», — рассказал господин Кокорев.

Сегодня два крупных городских инвестиционных проекта находятся в активной стадии реализации: остров Новая Голландия, инвестиции в который оцениваются более чем в 20 млрд рублей, и создание творческого кластера Artplay на месте бывших казарм Новочеркасского полка (объем инвестиций 3,1 млрд рублей). Также в Санкт-Петербурге действует еще несколько проектов креативных пространств, расположенных, как правило, в исторических промышленных зданиях, на периферии исторического центра, например, креативное пространство «Ткачи», творческий кластер «Артмуза», креативный кластер в составе бизнес-центра «Обводный, 199» и другие. Реализующийся в настоящее время проект преобразования Апраксина двора также позволит увеличить представительство творческих кластеров.

«Креативные кластеры позволяют создавать и развивать альтернативные направления экономики, создать новые рабочие места, подвергнуть редевелопменту ранее не используемые промышленные пространства и площадки», — резюмирует Екатерина Запорожченко, генеральный директор Docklands Development.

Кто является двигателем мирового экономического роста?

16 января, «Жэньминь жибао» онлайн — Развитым странам не хватает движущих сил для поддержания восстановления экономики в краткосрочной перспективе. Государства с развивающимися рынками продолжают быть двигателем глобального экономического роста, следует не только отвечать внешним вызовам, но и менять внутреннюю модель развития.

С начала международного финансового кризиса, развивающиеся рынки мира, главным образом, страны БРИКС тянут за собой восстановление, играют важную роль в качестве двигателя мирового экономического роста. Начиная с 2011 года, замедлились темпы роста экономики развивающихся рынков, однако этот факт не пошатнул их статус. Основные развитые государства по-прежнему испытывают трудности, связанные с долговым кризисом, движущие силы экономического роста все еще слабые.

Следует задуматься об экономических тенденциях стран с развивающимися рынками за прошедшие пять лет. Международный финансовый кризис нанес небольшой прямой удар по ним, однако эти государства претворяли в жизнь такие же масштабные стимулирующие меры, что и развитые страны, в результате, они оказались впереди восстановительного процесса, вместе с тем, показывали высокие темпы роста. Однако давление, связанное с инфляцией и пузырем активов, заставило их сменить курс на сокращение доходов. Замедление экономических темпов выявило проблемы развивающихся стран, которые копились годами.

Во-первых, многолетний стремительный рост стран с развивающимися рынками в большой степени происходил благодаря дешевым поставкам и масштабным кредитным вложениям. После разгара международного финансового кризиса соотношение между запасом кредитов и ВВП начало стремительно расти, вместе с тем, постоянно увеличивается объем кредитных вложений для создания единицы ВВП. Это означает, что традиционная модель развития развивающихся рынков исчерпала себя, неизбежным является ее реформирование.

Во-вторых, возможно произойдут изменения в механизме общения между странами с развивающимися рынками и развитыми государствами. Например, проводимая ведущими экономиками мира «реиндустриализация» нанесла серьезный удар по прежнему международному распределению труда. За прошедший год усилились тенденции восстановления экономики развитых стран, однако они не повлекли за собой одновременный рост экспорта развивающихся рынков.

В-третьих, государствам с развивающимися рынками следует преодолевать последствия международного финансового кризиса. Передовое восстановление и высокий рост на протяжении последних пяти лет поставили на второй план важность и неотложность реформ внутри этих стран.

В-четвертых, необходимо следить за влиянием, которое будет оказано на международные потоки капитала в связи со сворачиванием политики количественного послабления в развитых странах в будущем.

Читать еще:  Хендай таракан двигатель какой

В конце концов, развивающиеся страны будут продолжать играть роль двигателя в мировом экономическом росте, необходимо не только отвечать внешним вызовам, но и менять внутреннюю модель развития.

Международное сообщество часто рассматривает оценки экономических тенденций Китая в качестве базы для анализа перспектив стран с развивающимися рынками. На 18-м Пленуме ЦК КПК было принято своевременное решение о всестороннем углублении реформирования. Успех китайских преобразований создаст демонстрационный эффект, что будет способствовать продолжительному росту развивающихся стран и мировой экономики. -о-

Рогозин назвал экспорт ракетных двигателей в США важной статьей доходов «Роскосмоса»

Москва. 24 августа. INTERFAX.RU — Для России выгодно сохранение контрактов на поставку двигателей для космической программы США, сообщил глава «Роскосмоса» Дмитрий Рогозин.

«Это значительный серьезный для нас заработок. Это выгодно. Это для нас престижно», — сказал Рогозин в интервью радио «Эхо Москвы» во вторник.

«Несмотря на санкции, несмотря на санкции в том числе против отдельных предприятий «Роскосмоса», американцы до сих пор вынуждены покупать наши ракетные двигатели. Это совершенные машины», — сообщил Рогозин.

По его словам, это двигатели, которые «великая американская технологичная держава неспособна создать».

Рогозин также отметил, что Москва запрещает Вашингтону использовать поставляемые из России ракетные двигатели в военных целях.

«В документах четкая оговорка — на этих двигателях запрещено выводить ракеты, которые могли бы в свою очередь выводить в космос оружие», — сказал глава «Роскосмоса». По его словам, РФ выступает против размещения оружия в космосе и видит ряд рисков в этой сфере.

В декабре прошлого года сообщалось, что «Энергомаш» планирует в 2021 году передать в США не менее десяти ракетных двигателей РД-180/РД-181.

Российские двигатели для американских ракет

Как сообщал в интервью «Интерфаксу» первый замгендиректора «Роскосмоса» по экономике и финансам Максим Овчинников, поставка двигателей в США приносит «Энергомашу» около трети выручки — порядка 10-13 млрд рублей в год.

Двигатели РД-180 используются United Launch Alliance в ракете-носителе Atlas-5. Другой американской компании — Orbital ATK — поставляются двигатели РД-181. Они применяются в ракетах Antares, при помощи которых на Международную космическую станцию отправляются грузовые корабли Cygnus.

Конгресс США в последние годы неоднократно призывал ВВС США отказаться от их использования. Однако, по признанию конгрессменов, заменить российские ракетные двигатели вряд ли удастся до 2024 года, в том числе из-за значительной дороговизны создаваемого американского аналога.

«Роскосмос» ожидает подвижек в переговорах на поставку в США двигателей РД-181М, но пока не может раскрывать подробности из-за коммерческой тайны, сообщил Рогозин «Интерфаксу» 243 августа.

«Есть новости», — сказал Рогозин отвечая на вопрос о том, стоит ли в ближайшее время ожидать подвижек в переговорах на поставку в США ракетных двигателей РД-181М.

По его словам, российская и американская стороны пока не могут раскрывать подробности, поскольку они касаются коммерческой тайны.

«Решение правительства есть, все идёт в обычном рутинном режиме», — добавил глава «Роскосмоса».

«Они касаются прежде всего двигателей РД-181М, это экспортный вариант двигателя, который мы устанавливаем на «Ангару». Он применяется под ракету Antares, тут перспективы большие, я думаю, что контракты будут продолжаться», — отметил Рогозин.

Ранее правительство России поддержало переговоры о заключении контракта на поставку российских двигателей РД-181М производства НПО «Энергомаш» американской компании «Орбитал сайенсиз ЛЛС». Соответствующее распоряжение премьер-министра РФ Михаила Мишустина было опубликовано на портале правовой информации.

Заключение контакта, подчеркивается в документе, возможно в случае урегулирования вопросов, связанных с использованием при разработке двигателя результатов интеллектуальной деятельности, с Минобороны России и «Роскосмосом». Также американская компания должна принять меры по охране российских технологий и гарантировать, что ракеты-носители Antares с российскими двигателями не будут использоваться для запуска военных аппаратов.

Президент Центра Китая и глобализации Ван Хуэйяо рассказал о развитии цифровой экономики Китая

В прошлом году на цифровую экономику в Китае пришлось 36,2% национального ВВП. Какова структура китайской цифровой экономики?

Ван Хуэйяо: Основа цифровой экономики Китая — это электронно-информационная промышленность, программное обеспечение и информационно-технические сервисы. Телекоммуникации, а именно строительство и эксплуатация телекоммуникационной инфраструктуры, а также сам интернет и соответствующие потребительские интернет-сервисы составляют относительно небольшую долю, но именно они наиболее близки к народу. В Пекине и Шанхае добавленная стоимость цифровой экономики составляет уже более 50% ВВП. Это самый высокий уровень во всей стране. На цифровую экономику Гуандуна, Чжэцзяна, Цзянсу и Фуцзянь приходится более 40% ВВП.

Пандемия подстегнула развитие цифровых технологий во всем мире — какие из них сегодня наиболее востребованы? Какие глобальные тренды цифровизации вы отмечаете?

Ван Хуэйяо: Во-первых, большая часть экономической деятельности перешла в онлайн-сегмент. Мы видим стремительное развитие онлайн-сервисов в таких областях, как общественное питание, видеоигры, образование, медицина, офисная работа и электронная коммерция, и эта тенденция уже необратима. Во-вторых, госуслуги стали намного удобнее, а система госуправления — эффективнее. В целом, цифровизация государственных административных систем стала новым важным направлением инвестиций в рамках цифровой экономики. И в-третьих, эпидемия способствовала более быстрому внедрению «новой инфраструктуры».

Один из главных мировых трендов на данный момент — это развертывание сетей 5G. Помимо обеспечения более высоких скоростей широкополосного доступа и повышения надежности мобильных сетей, распространение 5G также ускорит развитие таких технологических концепций, как «умный город», «умный автомобиль» и «умное производство», а также повысит плотность подключения устройств «интернета вещей». Сети 5G имеют практическую ценность не только для владельцев мобильных телефонов. С внедрением этого стандарта связи почти все сферы нашей жизнедеятельности подвергнутся изменениям.

Еще один тренд — более быстрый Wi-Fi. Несмотря на то, что Wi-Fi и 5G — это две совершенно разные технологии, вместе они выводят обработку данных и скорость беспроводного подключения на новый уровень.

Искусственный интеллект (ИИ) и машинное обучение в разы увеличивают возможности анализа данных, делают инструменты этого анализа понятнее, легче в использовании и надежнее.

Наконец, новой реальностью становятся интернет транспортных средств (IoV), дроны и «умные города».

Почему инвестиции в развитие цифровых технологий особенно важно наращивать в кризис? Могут ли они стать драйвером для развития экономики в целом?

Ван Хуэйяо: Благодаря масштабным инвестициям мы можем ускорить внедрение 5G и других информационно-коммуникационных технологий (ИКТ), а также повысить уровень производства, выработать новые бизнес-модели цифровой коммерции, создавая за счет цифровой трансформации новые драйверы экономического роста. Подобно трудовым и финансовым ресурсам, данные также являются одним из важных факторов производства, которые тоже можно монетизировать. Нам необходимо способствовать открытому обмену данными, развивая этот рынок и делая большие данные новым локомотивом качественного развития всей экономики.

Цифровая экономика уже стала новым драйвером экономического роста Китая, а ее модель развития стала примером для всего мира. В последнее время в Китае был опубликован целый ряд таких значимых проектов и планов развития, как «Основной план-стратегия развития информационных технологий» (Outline of the National Informatization Development Strategy), стратегии «Широкополосный Китай» (Broadband China), «Интернет+» (Internet+) и т.д. В Китае активно внедряются технологии больших данных, облачных вычислений, «интернета вещей», 5G, ИИ и робототехники. В то же время благоприятная политическая база и отраслевая экосистема также способствовали развитию ряда научно-технологических компаний, конкурентоспособных и на мировой арене. Все это заложило основу для стабильного развития цифровой экономики Китая.

Данные в эпоху цифровой экономики — это новая энергия, а также важнейший фактор конкурентоспособности всего государства. В ближайшие 10 лет цифровая экономика станет двигателем экономического развития. Цифровая коммерция — это основной тренд будущего развития, который включает в себя три немаловажных аспекта. Во-первых, мы видим, что на рынке появляется большое количество новых цифровых продуктов. В будущем продукты во всем мире можно будет разделить на функциональные и цифровые. Благодаря возможностям цифрового проектирования Китай создаст целый ряд новых цифровых товаров, конкурируя в этом с другими странами. Во-вторых, мы должны отметить прогресс в цифровой трансформации организаций. Китайские предприятия постепенно превращаются в полноценные цифровые компании, внедряя новые цифровые инструменты. В-третьих, цифровые продукты и организации оказывают все большее влияние на коммерческую систему. Мировые торговые модели будущего будут основаны как раз на цифровых интеллектуальных моделях, которые мы сейчас наблюдаем в Китае. В условиях конкуренции в следующие 10 лет страны, индустрии, предприятия и потребители вместе создадут цельную цифровую коммерческую систему. Если все элементы в цепи цифровой коммерции займут свое место, то благодаря повышенной эффективности и точности, которую цифровизация придает экономике, а также благодаря возможностям ИИ, мы сможем стимулировать развитие всего мира.

В то же время очень важны защита конфиденциальности и безопасность данных. Работая над защитой данных и совершенствуя мировые системы цифрового управления, мы должны сохранять умеренную открытость по отношению к трансграничному потоку данных, тем самым позволяя китайским и иностранным технологическим компаниям развивать свой бизнес как в Китае, так и на мировых рынках.

Развитие цифровых технологий невозможно без соответствующей инфраструктуры. На каких проектах фокусируется Китай? Что такое «новая инфраструктура», и какую роль в ее развитии играют технологии 5G?

Ван Хуэйяо: Цифровая экономика Китая базируется на трех важных компонентах. Во-первых, это новые технологии, в особенности — информационные технологии нового поколения, которые включают в себя интернет, большие данные, облачные вычисления и искусственный интеллект. Эти технологии вместе формируют целую инфраструктуру. Во-вторых, это новый спрос, который включает в себя спрос на цифровизацию, «интернетизацию» и интеллектуализацию отраслей, связанных с цифровой экономикой, а также спрос на цифровое госуправление. В-третьих, это новые механизмы, которые заключаются в глубокой интеграции новых устройств с такими сферами, как ИКТ, производство высокотехнологичного оборудования и предоставление современных услуг.

Читать еще:  Ford transit неисправности двигателя

Новая инфраструктура включает в себя сети 5G, искусственный интеллект, центры обработки больших данных, промышленный интернет, междугородние скоростные железные дороги, городской рельсовый транспорт, а также технологии сверхвысокого напряжения и зарядные станции для автомобилей на новых источниках энергии. Новая инфраструктура подразделяется на три больших типа: информационная инфраструктура, конвергентная инфраструктура («умный транспорт», «умная энергия» и т. д.) и инновационная инфраструктура («инновационные инкубаторы»). Ядро новой инфраструктуры составляют базовые станции 5G, дата-центры, серверы, автомобили на новых видах энергии и производственные цепочки, связанные с этими технологиями. Все это — основа для промышленного интернета, «интернета вещей» (IoT) и «интернета транспортных средств» (IoV).

Какие ключевые задачи по созданию новой инфраструктуры ставит перед собой Китай?

Ван Хуэйяо: В течение 14-й пятилетки (2021-2025 гг.) роль и значимость цифровой экономики будут неизменно расти. Она будет важнейшим источником развития экономики, главным инструментом в повышении совокупной факторной производительности, двигателем комплексного развития сфер производства и услуг. Кроме того, она станет важнейшим фактором устойчивости и безопасности мировой системы промышленного разделения труда. Цифровое потребление распространится на новые сферы экономики. Цифровая экономика продолжит создавать новые модели потребления в рамках всей экономической системы. Ускорится цифровая интеграция, цифровая экосистема будет распространяться на многие сферы, создавая новые сценарии потребления. Цифровые цепочки укрепят стабильность и безопасность мировой системы промышленного разделения труда, а цифровое управление ресурсами станет основным способом распределения материальных благ.

Как в построении этой инфраструктуры Китай взаимодействует с другими странами, в частности с Россией? На ваш взгляд, в каких сферах российско-китайское сотрудничество по развитию цифровых технологий наиболее перспективно?

Ван Хуэйяо: Китай и ЕС в данный момент работают над созданием механизма «цифрового диалога». Являясь двумя крупнейшими экономиками и обладая большими цифровыми возможностями, стороны стремятся укрепить контакты в сфере цифровизации. Несмотря на серьезное влияние пандемии на мировую экономику, мы надеемся на дальнейшее углубление диалога по цифровой повестке и продвижение практического и эффективного сотрудничества.

Центр Китая и глобализации (CCG) и Палата электронной коммерции КНР (CECC) выступили с инициативой учреждения ассоциации по цифровой экономике с участием компаний из 50 стран мира (D50). Цель этой организации заключается в создании в сфере мировой цифровой экономики сообщества единой судьбы. Инициатива учреждения подобной неправительственной организации исходила от представителей различных правительств, образовательных центров и НПО со всего мира. Инициаторы создания D50 заявляют, что будут придерживаться принципов всеобщей справедливости и прозрачности и, основываясь на принципах Хартии ООН, а также общепризнанных международных нормах, прилагать усилия к объединению всех субъектов цифровой экономики, чтобы создать для них всеобщую платформу для диалога и сотрудничества.

Россия и Китай усиливают цифровое сотрудничество и обладают в этой области огромным потенциалом. Например, запрет со стороны правительства США на работу с китайским гигантом в сфере мобильной связи Huawei в определенной степени укрепил сотрудничество России и Китая в области телекоммуникаций. Huawei наращивает свою деятельность в России, уделяя особое внимание привлечению российских технических специалистов. Центры Huawei организованы в четырех городах России: Москве, Санкт-Петербурге, Новосибирске и Нижнем Новгороде.

В таких технологических сферах, как большие данные, робототехника и ИИ, Россия обладает огромными научно-техническими возможностями, но, увы, занимает небольшую долю на мировом рынке. Китай как крупнейший рынок в этих областях занимает лидирующие позиции в ИИ. В стране достаточно развиты такие технологии, как IoV, распознавание лиц и звуков. Россия же обладает богатым опытом применения ИИ в таких областях, как автоматизация промышленности, государственная оборона и общественная безопасность.

Оба государства продолжают искать новые пути сотрудничества. Огромные возможности для взаимодействия Китай и Россия видят в сфере интернет-технологий. Например, китайские технологические гиганты в данный момент размышляют над расширением своей деятельности на крупнейшем интернет-рынке Европы.

Какие существуют препятствия с точки зрения развития новой инфраструктуры?

Ван Хуэйяо: Развертывание новой инфраструктуры происходит задолго то того, как она начнет приносить прибыль, отсюда долгий срок окупаемости инвестиций. При государственном инвестировании возможен риск отрыва от рыночных потребностей.

Серьезным вызовом является обеспечение безопасности данных при их трансграничной передаче. А регулирование цифровой экономики требует скорейшего создания нормативно-правовой базы.

Что сегодня необходимо странам для того, чтобы лидировать в сфере ИКТ?

Ван Хуэйяо: В первую очередь, необходима нормативно-правовая база в сфере цифровой экономики, а также правовое обеспечение защиты данных и гарантия их безопасности при трансграничной передаче. В этой области соответствующие органы должны руководствоваться «Общим регламентом по защите данных» (GDPR). Также необходимо сформировать международную ассоциацию по вопросам цифровой экономики, например, Digital 20 по модели организаций «Большой двадцатки». Необходимы международные альянсы, которые будут предлагать новые идеи по регулированию и развитию цифровой экономики в таких областях, как электронная коммерция, обращение цифровой валюты и подготовка специалистов.

CCG рекомендует задуматься о создании Международного цифрового альянса с участием 20 крупнейших ИКТ-компаний (D20). Как мы знаем, G20 («Большая двадцатка») — это одна из важнейших мировых площадок для решения вопросов, касающихся глобального управления. Создание организации D20 по модели уже существующих B20 («Деловая двадцатка»), T20 («Экспертная двадцатка»), C20 («Гражданская двадцатка») и Y20 («Молодежная двадцатка») может помочь G20 в улучшении стандартов глобального управления в области цифровой экономики.

В рамках D20 эксперты из промышленных и академических кругов, а также представители НПО смогут работать вместе над созданием всемирных практик в области цифровой экономики.

Что касается обеспечения сохранности данных, миру необходимы четкие стандарты для определения и осуществления безопасных методов управления данными. Нам нужно поощрять страны к применению международных стандартов информационной безопасности, таких как ISO27000, в качестве основы для управления данными внутри страны.

При инвестировании в новую инфраструктуру мы должны поощрять использование модели ГЧП, при которой государственные инвестиции выступают стимулом для частных капиталовложений.

«Самый мощный двигатель — это интерес»

В рамках образовательного модуля «Студенты в пространстве академического развития университета», который был запущен в этом учебном году управлением академического развития ВШЭ, студент первого курса факультета экономики ВШЭ Олег Рычнев подготовил интервью с научным руководителем «своего» факультета Владимиром Автономовым.

— Владимир Сергеевич, если позволите, начнем с вашей биографии. Кто были ваши родители? Как проходили ваши школьные годы?

— Папа был военным, работал в Министерстве обороны, а мама была домохозяйкой, занималась детьми — мной и сестрой. Я окончил школу №619 в Москве. Это была неплохая школа в Измайлово. Окончил ее с золотой медалью. А у всех золотых медалистов в конце возникает вопрос: кем, собственно говоря, быть? Вроде, все более или менее получается. Но мне всегда нравились разные страны — вообще, я люблю путешествовать (в то время, правда, не было такой возможности, а сейчас есть, и я стараюсь ее использовать). В пятом классе, помню, я заболел и взял в библиотеке справочник «Страны мира». И из этого справочника я выписывал данные о разных странах: их столицы, флаги, политическое устройство, что они экспортируют. То есть меня чрезвычайно увлекала экономическая география зарубежных стран. Чем-то в этом роде мне хотелось заниматься. И смотрел я школьником на географические и экономические факультеты. Но решающую роль сыграло мое знакомство с ЭМШ — Экономико-математической школой при МГУ.

— Там вы впервые познакомились с такой наукой, как экономика?

— Да. Это было в десятом классе. Попал я туда, в общем-то, случайно: папа увидел объявление в газете и сказал: «Сходи, попробуй». Ну, я и пошел. Прошел вступительный тест по математике и начал заниматься. Школа эта возникла в 1967 году. Кстати, ее основатель Леонид Маркович Григорьев сейчас работает в Вышке на факультете мировой экономики и мировой политики, а поскольку он замечательный лектор, я его пригласил читать и для студентов нашего факультета курс мировой экономики. Идея ЭМШ состояла в том, что сами студенты по доброй воле и на общественных началах читали школьникам то, что им самим было интересно. Это были спецкурсы. Также были и обязательные предметы — политэкономия и математика. Мне очень понравились ребята, которые там преподавали. Особое внимание в ЭМШ я уделил спецкурсу по межотраслевым моделям.

В 1972 году я поступил в Московский государственный университет, на экономический факультет. Не могу сказать, что на факультете мне было все так же интересно, как в ЭМШ. Курсы бывали разные — как совсем неинтересные, так и очень интересные. Но последних было меньшинство. Один из таких курсов вел теперь уже ординарный профессор ВШЭ, академик Револьд Михайлович Энтов. Он читал спецсеминар по империализму — «экономике современного капитализма». Меня увлекало то, как он преподавал. Револьд Михайлович был безгранично эрудирован и очень серьезно относился к науке, что было свойственно далеко не всем преподавателям факультета. У него я писал курсовые со второго курса, у него же защитил диплом.

— Чем вы занимались после окончания вуза?

— После защиты диплома в 1977 году Энтов пригласил меня работать в Институт мировой экономики и международных отношений (ИМЭМО). Это был институт, который должен был начальству нашей страны рассказывать правду о том, что происходит в экономике Запада, и, соответственно, сравнивать это с тем, как обстоят дела у нас. Там была гораздо большая свобода, чем во всей советской науке: можно было спокойно читать западные книги и западные журналы с целью изучения нашего предмета.

Читать еще:  Что является кпд теплового двигателя

Я принял это предложение и поступил на работу в сектор Револьда Михайловича — сектор экономических циклов в отделе Соединенных Штатов. Мы должны были изучать, как происходят циклы, кризисы в экономике США, предсказывать эти циклы, строить модели, изучать теории. И в этом секторе сложилось совершенно уникальное собрание эрудированных, высокообразованных людей, которые всегда были в курсе новейших течений мысли и событий, происходивших а Западе. Из сектора вышли очень многие известные люди: Леонид Маркович Григорьев, о котором я уже упоминал; научный руководитель факультета политологии НИУ ВШЭ Марк Юрьевич Урнов; ныне покойный, к сожалению, Андрей Владимирович Полетаев, ординарный профессор Вышки, который внес огромный вклад в экономическую историю; Наталия Андреевна Макашева, профессор кафедры экономической методологии и истории… Выходили и люди, которые потом пошли в бизнес, в политику. Например, Максим Бойко — он когда-то был замом Черномырдина, министром госимущества, теперь он бизнесмен. В общем, это был кружок молодых интеллектуалов, который выделялся даже на фоне ИМЭМО. Нас там считали самыми умными.

Но и планка ставилась перед нами высокая: мы должны были стремиться к тому, чтобы наши работы могли бы опубликовать в хорошем американском журнале. У Револьда Михайловича была высокая планка для научной работы. Он был очень придирчив к нам, да и сами мы критиковали друг друга самым жестоким образом. Диссертацию мы в среднем писали лет десять. Это была очень хорошая школа научной работы, уважительно-строгого отношения к науке, отсутствия халтуры, искушения делать скороспелые выводы. Я благодарен Револьду Михайловичу за то, что он сыграл столь большую роль в моей научной деятельности.

— А как вы стали преподавателем? И как на вашем академическом пути появилась Высшая школа экономики?

— Преподавать я начал не сразу, долгое время занимался просто наукой. Вообще, преподавать я начал в МГУ на кафедре истории мысли. Плюс у меня был спецкурс по истории предпринимательства. Потом преподавать перестал. В Вышку я пришел в 1996-1997 году, когда здесь уже работала под руководством Олега Игоревича Ананьина кафедра экономической истории и истории экономических учений. Тогда он мне и предложил преподавать этот курс. Не могу сказать, что у меня сразу все хорошо получалось, но со временем я, видимо, стал лучше преподавать. По крайней мере, по отзывам студентов.

Какое-то время я преподавал на полставки, и, наконец, в 2000-м году Ярослав Иванович Кузьминов предложил мне прийти в Вышку деканом факультета экономики (это было не первое предложение, он предлагал мне и другие должности). Я согласился и одиннадцать лет руководил факультетом.

Это было очень тяжело. Во-первых, для меня это была новая сфера: управлять образованием, знать какие-то вещи об организации жизни университета мне ранее не приходилось, поэтому надо было осваивать все практически на ходу. А во-вторых, в наших условиях это делать особенно трудно, так как Вышка постоянно меняется. Она очень быстро росла все эти годы, и мне постоянно приходилось сталкиваться все с новыми и новыми вещами. В прошлом году я уступил место декана Олегу Александровичу Замулину. И этому рад, поскольку и Олега уважаю как ученого и как человека, и считаю, что пора мне уже, наконец, заняться чем-то более лично для меня интересным. Все таки работа декана отнимала много времени, которого так не хватало для научной работы.

— Чем занимается научный руководитель факультета? В чем заключается особенность вашей сегодняшней деятельности?

— Честно говоря, свой пост я еще освоил не полностью. Должности научного руководителя раньше не было на нашем факультете, так что прежде всего нужно наполнить его содержательными функциями. Научной работы у нас много, много лабораторий при кафедрах, много работы на самих кафедрах и вне лабораторий… И обозреть всю эту «поляну», сделать так, чтобы наши научные работы были на мировом уровне — это, наверное, и есть одна из моих задач, потому что мы все же в этом пока еще отстаем. По качеству образования, особенно бакалаврского, мы уже достигли хорошего европейского уровня, о чем свидетельствует то, что наших ребят без проблем берут в магистратуры западных университетов. А что касается исследований, тут мы засиделись на старте. В то время как мир ушел далеко вперед, мы только вот в Вышке начали вникать в то, что такое западная экономическая наука, из чего она состоит и как развивается. И, конечно, здесь нам пока очень трудно конкурировать с нашими западными коллегами.

— Преподавательскую деятельность вы также продолжаете?

— Да, я читаю лекции по истории экономических учений на первом и втором курсах. А еще по двум своим книгам читаю спецкурс по теме «Модели человека в экономической науке» на четвертом курсе. Это моя любимая тема, и я с удовольствием делюсь со студентами своими мыслями по ней.

— В этом году Вышка празднует свой 20-летний юбилей. Каким вы видите университет еще, скажем, лет через десять? Что, по-вашему, может измениться?

— Вышка настолько быстро растет, что трудно предсказывать даже на год или два вперед. Кто, например, знал, что в этом году МИЭМ к нам присоединится? У нас теперь есть и факультет истории, и математики, и востоковедения. Мы все время движемся вперед. И я думаю, что очень важно поддержать это движение, так как, пока мы быстро двигаемся, мы устойчивы. Если потерять вектор, движение уже будет неустойчивым. Надо и у себя на факультете порядок наводить, несмотря на то, что мы лидеры. Про научные исследования я говорил. Конкуренты новые подрастают и в других вузах: «Плешка», например, в последнее время рванула вперед. Так что почивать на лаврах нам нельзя — надо постоянно учиться тому, чего мы еще не знаем.

— Давайте теперь поговорим о студентах. Как эффективно организовать жизнь студенту Вышки? К чему себя готовить?

— Главная экономическая задача — рационально распределить ресурсы. А главный ресурс студента — это время. Как его распределить между тем, что хочется, и тем, что надо, каждый решает по-своему. Прежде всего, советую прислушаться к себе, своим потребностям, своим интересам. Ну и, конечно же, надо поддерживать хотя бы минимальный уровень, чтобы вас не отчислили. Все-таки по традиции процентов двадцать после первого курса вылетают. Нас такая статистика, конечно, не радует, но это реальная долговременная тенденция, потому что многие ребята приходят после школы и думают, что можно расслабиться, погулять. Нет, это не совсем так. Необходимо поддерживать баланс между интересами и ограничениями. Ограничения довольно жестокие, но дело того стоит.

— Какими качествами нужно обладать студенту, чтобы при правильном распределении времени добиться успехов в науке или карьере?

— Без трудолюбия тут точно не обойдешься, но не менее важно сохранить в себе интерес к тому, что изучаешь. Тут хотелось бы предупредить первокурсников. Выбор, особенно на нашем факультете, вам придется делать очень часто: начиная с элективных курсов и заканчивая выбором вашей карьерной траектории. Всюду главным вашим ориентиром должен быть ваш интерес. Высокооплачиваемость и выгодные материальные условия хороши только тогда, когда есть интерес. Трудно быть там, где неинтересно, я знаю это из жизни многих выпускников ВШЭ, которые поступали на очень хорошие места в банках, а потом говорили: «Не могу, очень скучно». И приходили либо к нам преподавать, либо уходили туда, где больше свободного времени для работы головой. Если вы возьметесь за то, что вам скучно, высоты своей вы не достигнете. Интерес — это самый мощный двигатель.

Трудоустройство для выпускников Вышки не проблема. Даже наоборот. Хочу предупредить ребят: со второго-третьего курса вас будут приглашать на работу. Не соглашайтесь ни на какие предложения! На полную ставку или на полставки, по специальности или не по специальности — не соглашайтесь, потому что это трудно совмещается с учебой, особенно на нашем факультете. Факультет у нас очень трудоемкий. Огромная нагрузка по математике, по экономической теории, по эконометрике. Но это все нужно, это фундамент, на котором вы потом легко сможете построить все, что будет необходимо для работы. Один из наших работодателей сказал: «Я люблю ваших студентов, потому что они учиться хорошо умеют». А учиться они умеют именно потому, что есть фундамент, и все новое они способны на этот фундамент «посадить». Мы постараемся дать много, ваша задача — взять от нас то, что вам в будущем будет нужно.

— На какие дополнительные возможности университета студентам стоит обратить внимание?

— В плане возможностей мы совершенно уникальное учебное заведение. У нас каждую неделю проходят три-четыре события, которые очень хочется посетить. Надо выбирать, смотреть, изучать содержимое портала Вышки, объявления. Мы проводим разнообразные встречи, дискуссии, к нам с лекциями приезжают зарубежные преподаватели. Есть формы внеаудиторной работы — начиная от спортивных секций и заканчивая клубом документального кино, который проводит научный руководитель Вышки Евгений Григорьевич Ясин. В общем, информации очень много, мы рады, что наш университет стал Меккой для встреч по обсуждению многих проблем. Таким образом, ваша основная задача — правильно распределить свои силы и время между тем разнообразием, которое Вышка дает. И это разнообразие надо обязательно отслеживать.

Олег Рычнев, студент первого курса факультета экономики ВШЭ

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector